Письмо в прошлое
LLoorra
offline
Я столько лет тебя не поздравлял,
Что стало мукой написать семь строчек!
Прости, что слог мой сух, и, даже, вял!
Всё больше запятых, и, даже, точек.
Из песни я не бросил прежних слов,
Их не шлифую, затирая строки,
Дороже сердца прежняя любовь,
И не стыжусь сказать про то ни сколько!
Молчал, как мог, у счастья «на часах»,
Не смея привлекать к себе внимания.
Не сам решил, читал на небесах,
И выполнял «домашнее заданье».
Всё, что я мог – про мужнюю жену
За двадцать лет не проронить и слова:
Пускай своё супруги счастье жнут,
Пускай вкушают радость снова, снова.
И время шло, надежду унося,
Что всё переиначится. Случайно,
Женился, словно выкурив косяк,
Ей - жизнь сломал, и сам ушёл в отчаянье.
Затем - питьё без меры и цены.
Отвык ботинки чистить, брюки гладить,
И радовали снова только сны
Про то, как мог с любимой жизнь наладить.
Когда ж допился, или допился,
Решил свести и жизни дебет-кредит.
Балкон. Расправил руки, вознося,
Но у планиды есть в запасе «сети»!
Друг Колька, и Андрей, в тот, хмурый, день
Задумали курнуть – конец «полётам».
Меня поймали, ловко, за ремень,
Втащили, били, звали идиотом.
Очнувшись, говорил с друзьями вновь.
В последний раз, под клятву, нацедили.
Мы выпили за мёртвую любовь.
А стрезву - снова, рифмы накатили!
Им, подлым, только душеньку доверь –
Сживут, спалят, заставив дописаться,
Принудив вновь, рычать, как в боли зверь,
От старых ран беспомощно метаться!
Они ж повсюду: в книгах, на стене!
Я от стиха искал душе спасенья,
И, скоро был покой дарован мне,
И пуст я стал, как голый лес, осенний.
Смеяться станешь: деньги за развод,
«Купив «поэта», отдала другая,
С ней зажил серо, как велит народ,
И лишь ночами, в мыслях, – дорогая.
Ну, ладно, расписался и живу
И, временами, выгляжу счастливо –
Я научился грезить наяву,
И избегаю темы «либо-либо».
Уйти в тот свет по-новой, опоздал,
А там - родился сын, не бросишь кроху!
«Крупье», поднявши ставки, снова сдал.
Я жизнь швырнул, как для пропоя трёху.
И стерпится, и слюбится, порой.
Я много раз читал, но в жизни – мимо!
Я не зову супругу дорогой,
Да и она, не назовёт: любимый.
Зачем про это, всё, наговорил?
Устал: всю жизнь в себе, нести, как тайну.
И нет на этой лестнице перил,
И вновь, почти готов упасть «случайно»,
Да, глупо было б жизнь не дописать,
Таким, как я, так просто, для урока,
Хотя и в нём резона - поискать!
Хотя бы чуть! Хотя б совсем немного!
Да. Написал бы, будь во мне талант,
Но не слепец – стране не нужен, знаю!
Вот, если б сериалы, под стандарт!...
А о своём – лишь память злопыхает!
Александр Далецкий
Что стало мукой написать семь строчек!
Прости, что слог мой сух, и, даже, вял!
Всё больше запятых, и, даже, точек.
Из песни я не бросил прежних слов,
Их не шлифую, затирая строки,
Дороже сердца прежняя любовь,
И не стыжусь сказать про то ни сколько!
Молчал, как мог, у счастья «на часах»,
Не смея привлекать к себе внимания.
Не сам решил, читал на небесах,
И выполнял «домашнее заданье».
Всё, что я мог – про мужнюю жену
За двадцать лет не проронить и слова:
Пускай своё супруги счастье жнут,
Пускай вкушают радость снова, снова.
И время шло, надежду унося,
Что всё переиначится. Случайно,
Женился, словно выкурив косяк,
Ей - жизнь сломал, и сам ушёл в отчаянье.
Затем - питьё без меры и цены.
Отвык ботинки чистить, брюки гладить,
И радовали снова только сны
Про то, как мог с любимой жизнь наладить.
Когда ж допился, или допился,
Решил свести и жизни дебет-кредит.
Балкон. Расправил руки, вознося,
Но у планиды есть в запасе «сети»!
Друг Колька, и Андрей, в тот, хмурый, день
Задумали курнуть – конец «полётам».
Меня поймали, ловко, за ремень,
Втащили, били, звали идиотом.
Очнувшись, говорил с друзьями вновь.
В последний раз, под клятву, нацедили.
Мы выпили за мёртвую любовь.
А стрезву - снова, рифмы накатили!
Им, подлым, только душеньку доверь –
Сживут, спалят, заставив дописаться,
Принудив вновь, рычать, как в боли зверь,
От старых ран беспомощно метаться!
Они ж повсюду: в книгах, на стене!
Я от стиха искал душе спасенья,
И, скоро был покой дарован мне,
И пуст я стал, как голый лес, осенний.
Смеяться станешь: деньги за развод,
«Купив «поэта», отдала другая,
С ней зажил серо, как велит народ,
И лишь ночами, в мыслях, – дорогая.
Ну, ладно, расписался и живу
И, временами, выгляжу счастливо –
Я научился грезить наяву,
И избегаю темы «либо-либо».
Уйти в тот свет по-новой, опоздал,
А там - родился сын, не бросишь кроху!
«Крупье», поднявши ставки, снова сдал.
Я жизнь швырнул, как для пропоя трёху.
И стерпится, и слюбится, порой.
Я много раз читал, но в жизни – мимо!
Я не зову супругу дорогой,
Да и она, не назовёт: любимый.
Зачем про это, всё, наговорил?
Устал: всю жизнь в себе, нести, как тайну.
И нет на этой лестнице перил,
И вновь, почти готов упасть «случайно»,
Да, глупо было б жизнь не дописать,
Таким, как я, так просто, для урока,
Хотя и в нём резона - поискать!
Хотя бы чуть! Хотя б совсем немного!
Да. Написал бы, будь во мне талант,
Но не слепец – стране не нужен, знаю!
Вот, если б сериалы, под стандарт!...
А о своём – лишь память злопыхает!
Александр Далецкий
